Агафонов Яков Григорьевич - МАОУ гимназия №12 города Тюмени

Агафонов Яков Григорьевич

Агафонов Яков Григорьевич

6 июля 1943 года расчет Агафонов а одним из первых принял на себя танковый удар. Гитлеровцы, не считаясь с потерями, рвались к Курску. В районе села Верхопенье их встретили артиллеристы 869 истребительного противотанкового полка. 
Оружие Агафонова занимало огневую позицию у дороги на главном направлении танкового удара гитлеровцев. Командир спокойно, по-хозяйски еще раз осмотрел позицию, строго прикрикнув на побледневшего заряжающего молодого солдата, бестолково перебегавшего с места на место, и сам встал к прицепу. «Да стреляйте же!» – не выдержал заряжающий. Агафонов будто не слышал, прильнув к окуляру прицела, хладнокровно следил за приближающимися танками. Когда до того осталось не больше двухсот метров, пустил снаряд. Танк резко дернулся, повернулся, подставив борт, и тотчас же прогремел второй выстрел над вражеской машиной взметнулось пламя. Видимо, от взрыва боекомплекта сорвало башню, отбросило далеко в сторону. 
Гитлеровцы из другого танка заметили пушку и открыли огонь. Один снаряд разорвался с недолетом, а второй – с перелетом. Следующий можно было ждать на самой высокой позиции. Все зависело от того, кто быстрее выстрелит: вражеский танк или расчет противотанкового орудия. Агафонов на какую-то долю секунды опередил противника: пропущенный им снаряд попал в моторную часть, над танком взметнулось черное облако дыма, показалось пламя. 
Самоотверженно отбивали атаку и другие войны. Понеся большие потери, противник откатился сразу. 
За этот бой Агафонов был награждён орденом Красной Звезды. Советская Армия, наступает, гнала гитлеровцев до самого Днепра. В боях Агафонов был ранен. 
Он снова прибыл на фронт командиром орудия первой батареи 1840 истребительного полка 28 бригады. 
Шла битва за Днепр. За бой при овладении плацдармом в районе села Лютеж Яков Григорьевич был награжден медалью «За боевые заслуги». 
Жестокий бой разгорелся у села Шевченкиевка. Перед артиллеристами полка стояла боевая задача: во что бы то ни стало удержать позиции на плацдарме. 
Противник находился в непосредственной близости, и старший сержант Яков Агафонов коротавший ночь в укрытии орудия, был на стороже. Хотя на Украине держалась оттепель, погода была не ласковой, особенно к ногам. Поёживаясь от холода, Агафонов время от времени высовывался из укрытия, всматривался в темноту, прислушивался. Как говорили старые фронтовики, на боевое охранения надейся, а сам не плошай.
В ночь на 13 ноября противник открыл сильный миномётно-артиллерийский огонь. Под его прикрытием семнадцати вражеским танком удалось прорваться в тыл наших войск. Они в темноте шли прямо на огневые позиции батареи Агафонова. 
– Расчёт к бою! – скомандовал старший сержант. Солдаты повыскакивали из укрытий и заняли свои места у орудий, ожидая дальнейших распоряжений командира. Но он не спешил, вглядываясь в сторону противника, старался разгадать его тактику. Сполохи от горящей деревни выхватывали из темноты орудийную позицию с расчётом, высокую фигуру Агафонова, его суровое лицо. Наконец, в грохоте снарядов и мин старший сержант стал различать гул моторов фашистских танков. Вскоре они оказались в тылу полка и открыли огонь по позиции батареи. Сколько их было – полтора, два десятка? 
В огневой бой вместе с орудием старшего сержанта вступили и другие расчёты батареи. Но ближе всех к танкам было орудие Агафонова. И хотя ночь не лучшее время для ведения огня прямой наводкой, агафоновцы сокращали количество атакующих танков. 
Стреляли в упор, ориентируясь по вспышкам выстрелов и движущимся тёмным силуэтам. Гитлеровцы, встретив неожиданный отпор, обрушили на позицию батареи мощный огонь из всех танков. 
Тяжело ранило наводчика, вышли из строя заряжающий и подносчик. Старший сержант Агафонов остался один. Вражеские танки метались по позиции, давили орудие, уничтожали окопы. Агафонов посылал снаряд за снарядом. На поле боя уже пылало три танка. Остальные отвернули в сторону. Если бы гитлеровцы знали, что перед ними один артиллерист! Агафонов вытер рукавом пот, застилавший глаза и облегчённо вздохнул. Но, заметив перебегающих цепью гитлеровцев, снова открыл огонь сам, сам подносил снаряды, сам заряжал, сам наводил и сам себе командовал: 
– Огонь! Огонь! Огонь! 
На рассвете на батарею приехал командир полка подполковник Мещеряков. Возле первого орудия, обхватив голову руками, в каком–то тяжёлом за бытие сидел Агафонов. Увидев командира полка, начал докладывать, но подполковник остановил: 
– Не надо, старший сержант. Я и так всё вижу. 
Они молча прошли по развороченной и истерзанной батарее. Похоронили убитых.
Командир полка в тот же день представил к наградам весь личный состав первой батареи. «При отражении внезапной атаки танков противника, – писал он в реляции на командира батареи, – товарищ Агафонов проявил стойкость, мужество и геройство. Стреляя в упор по противнику, он уничтожил три танка и до пятидесяти вражеских солдат. Оставшись один, он продолжал вести схватку с противником и оставался у своего орудия до конца боя. За этот подвиг старший сержант Агафонов достоин присвоения звания Герой Советского Союза». 
Примерно через месяц Яков Григорьевич Агафонов совершил новый подвиг. В боях за станцию Чиповики под Коростенем подбил ещё один вражеский танк и уничтожил более десятка гитлеровцев. Был награждён орденом Красной Звезды. В указе Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Советского Союза старшине Агафонов узнал уже в Польше, во время боёв на восточном берегу Вислы. 
Старшина Агафонов не дожил до Дня Победы. Он погиб 18 августа 1944, смертью храбрых, при взятии предместья Варшавы-Праги.